В поэзии, как в раю, должно быть много обителей. Поэты выбирают разные пути – кто-то разведывает новые смыслы, кто-то решительно умножает хаос, кто-то застрял в подростковом комплексе «самовыражения», есть и активные творцы «новой поэзии», либо уходящей в дурную бесконечность мнимой верлибристики, либо отплясывающей чечётку на развалинах прежнего образа мира. Но традиция – не просто форма, это вековой опыт культуры Слова, который позволяет спокойно смотреть на всю эту суету. Андрей Козырев – серьёзный поэт, вдумчивый, зачастую склонный к многослойным, разветвлённым метафорам, «не боящийся пропасть во тьме» нехоженых ранее дорог, но его обитель – традиция. Поэт, утверждающий, что его жизнь – «всеми цветами сразу горящий светофор», но стоящий не на городском перекрёстке, а угнездившийся на открытой миру длани вечного неба, с отражаемыми в ней картинами земного бытия, «которое больше самого себя», как сказал Павел Флоренский, определяя основное предназначение двуединого символа жизни – духа и смысла.
|