КАРТИНКИ С ВЫСТАВКИ
Цикл стихов
* * *
вкус западного чая
кружит на стрекозиных крыльях
в отделившейся от разума памяти
просыпающейся в пробковой камере
запланированной за тысячу лет
скомканной до атома
маленького как крик
входящий в фиолетовую тишину
между мной и тобой
изгнанной из паутины
но отражающейся в зеркале
бездомных сквозняков
* * *
по ту сторону тишины
живут новые смыслы
невесомые как море
прозрачные как плоть
свободные как деревья
бессмертные как прошлое
они блуждают по нашему будущему
не находя нас
и жалеют
что мы всегда так задерживаемся
по эту сторону тишины
* * *
мечтает золотой лев
в засушенном саду
о лимонной заре
о багровой арене
о полосатом шуме
где кесарь беседуя с Софией
глядит на арлекинов
падающих с неба
с красными знаменами
в классическое море
меняющее кожу на глазах
чтобы наш привычный мир
стал чудом и предчувствием
нового колокола
разрывающего лазурь
в просторах наших легких
* * *
безвоздушное пространство
падает сплошным потоком
сквозь невидимые крики
в которых
невесомые кентавры
бесстыдно парят
неся головы свои на руках
туда
за пределы протяжения
в мокрую клетчатую тишь
за которой
сиреневые души космонавтов
летят с небес
в лимонную зарю
* * *
буря топит непобедимую армаду
в граненом стакане
наполовину пустом
как эта строка
прикрученном болтами к столу
парящему в воздухе
посреди
граненого
русского
неба
* * *
русская береза
нервная и ободранная
пытается вырвать корни из земли
и пустить в небо
в котором больше места
для корней
приставок
суффиксов и окончаний
из словаря времен
в котором все страницы
перепутаны
а последней
нет
* * *
мой нечетноглавый орел
устал клевать кровавую пищу
под окнами
в забетонированном небе
и просится в полет
над великой степью
моего одиночества
центр которого везде
а границы нигде
как у орлиного бога
разбивающего это стихотворение
как яйцо
изнутри
* * *
человек-невидимка
ищет родину-невидимку
заведенную ключом сказку
осыпающуюся над металлическим садом
как синяя мозаика
на цепи подвешенная к небу
стиснутому молитвами и криками
встающими паром от дышащего моря
полного медом молоком и кровью
трудов и дней
миллионов людей-невидимок
не желающих быть видимыми
чтобы не увидеть себя
* * *
следя за священными плясками
крылатых медведей
в говорящей небесной степи
я начинаю различать
проторенные наугад
скифские тропы
сквозь серую музыку
повседневных
болотистых
рукопожатий
* * *
я человек-небоскреб большой и квадратный
упершийся в небеса
квадратной головой
с квадратными мозгами
и квадратными словами
в квадратных стихах
выносящихся из квадратного рта
и скребущих небо
которое еще
почему-то
не квадратное
* * *
перемещаясь внутри глазного яблока
колоссального изваяния
я нахожу в нем все новые и новые ходы
лабиринты и отдельные кабинеты
с уникальными видами на семь кругов неба
смотрю на райские кущи сверху вниз
тоскую по тому
что уже не устану от ходьбы
и снисходительно киваю стражникам
с нацеленными на меня пистолями
стоящими вдоль моего маршрута
бесконечного и замкнутого
внутри точки Омега
* * *
город как волынка
раздувается и гудит
грядет в зеленом шуме
огромен озорен стозевен и таяй
гудит
бредит
пляшет в золотом огне
питаясь нашими снами
глазами и слезами
из окон
где усталый призрак
бросает карты на стол
извивающийся
как змея
* * *
лошадиная сила
запертая в автомобиле
ржет что есть мочи
бьет копытом землю
закусывает удила
ищет седока
способного освободить из железной тюрьмы
сто раз скопированную
и размноженную на ксероксе
бумажную парнокопытную
птицу-тройку
* * *
в недрах горизонтального небоскреба эволюции
живут искусственные интеллекты
разного калибра
и их создатели
сами не замечают
как шарики искусственного разума
шевелятся в их волосах
щебечут в их ушных раковинах
проникают в их легкие
и пишут там
поэмы
симфонии
проекты застройки новых городов
скрижали новых религий
и встраивают их
в рассуждения естественного интеллекта
успешно пожирающего
своих детей
* * *
мой сборник стихов
стоит в библиотеке
и сквозь книжные полки
видит
как его подземный двойник
заточенный между страниц
земной коры
строит хитрые планы
переписывания моих стихов
и преображения их
в знаки препинания
в высоковольтном словаре
времени
* * *
книги в ненаписанной библиотеке
разворачивают страницы
машут крыльями
как бабочки
выпускают ножки и длинные хоботки
и разлетаются в небывшее прошлое и ложное будущее
в поисках куколок
в которые им хотелось бы
свернуться
* * *
поэт-сквозняк
бесплотный как Россия
входит читателю в одно ушко
выходит из другого
ничего не оставляет
но многое находит
в себе
простодушном
простуженном
воздушном
легком как камень
мягком как ножницы
вечном как бумага
разграфленная наискосок
для записи
партитуры
русских сквозняков
* * *
мир привычный как картошка
преображается на глазах
меняет кожу
солнце превращается в луну
дворцы из алюминия и жести
врастают в землю как грибы
звезды розы квадраты
обрастают людьми
в очках нарукавниках и испанских сапогах
мастеровито готовящих
в непуганом вакууме
триумф разума
пошлости
и точного расчета
