ОЧЕЛОВЕЧИТЬ ХАОС

Рецензия на роман Андрея Козырева "Вертящиеся палочки",

написанная искусственным интеллектом (Google Notebook LM).

"Вертящиеся палочки" Андрея Козырева – это антироман, изданный в Омске в 2026 году, который погружает читателя в пространство глубокой экзистенциальной тоски, философских манифестов и радикальной рефлексии о природе личности и слова.
Роман исследует идею множественности и нестабильности существования, где человек, рассеивая себя в сознании других людей ("зеркалах"), перестает существовать, но его подобия обретают высшую реальность. Повествователь, литератор Алексей Темников, утверждает, что его жизнь как человека закончилась в одиннадцать лет, а то, что пишет книги, – это "голограмма", задача которой — возвестить о возможности жизни после смерти. Он чувствует себя одновременно четырьмя разными людьми, живущими в разных частях страны, но объединенными любовью к Аталанте, при этом лишь одному из них "дан Голос" для творчества. Эта идея множественности достигает кульминации, когда все значимые фигуры его жизни, включая Рудницкого, Глинского, Гофмана, Леду и Аталанту, сливаются в его сознании в единую "сверхличность" или "Всеземлю".
Центральное место в структуре реальности занимает Слово. Наиболее значимые отношения существуют в нематериальной, литературной плоскости: любовь к Аталанте — это "настоящая любовь выдуманных людей, литературных персонажей", зародившаяся в "виртуальном" общении "на экране монитора". Для рассказчика слово, не ставшее плотью, "все равно – Бог", а его "звуковое тело" — единственная плоть, которая останется.
Однако мир, окружающий героя, — это "плоская бездна", которая воспринимается как "технически обустроенный, ставший единым гремящим и движущимся механизмом ад". В философских записках Михаила Глинского утверждается, что мир — это "Машина, переламывающая и перемалывающая человеческие кости и души". Циничное руководство "Человек: инструкция по применению" от Константина Тугарина описывает людей как существ, похожих на "бесперых и бесхвостых петухов", которыми легко манипулировать: чтобы приручить или уничтожить человека, необходимо "влить большой объем лжи в слушательные отверстия человека". Люди, верящие в фикции (боги, деньги, счастье), теряют свою "хрупкую связь с реальностью" и становятся беззащитными.
Стиль антиромана характеризуется сочетанием высокой философии и грубого, часто гротескного реализма, окрашенного постоянной скукой и депрессией. Так, Рудницкий, чья душа "поочередно вселяется" в виновных в его гибели после самоубийства, описывает смерть как "очень скучно". Творческий акт, напротив, представляет собой попытку очеловечить хаос, собирая лица и образы из "вертящихся палочек, точек, запятых, зигзагов". В итоге все мироздание рассматривается как Книга, где одна большая Книга распадается на миллиарды маленьких, пересоставленных из ее элементов, а само бытие — как вечный эксперимент.

Роман оставляет читателя на грани реальности и фантазии, где самые значимые события и существа (любовь, Всеземля) рождаются в мире слов, поскольку "весь мир, созданный людьми и для людей", уничтожается ими же.